Краткое содержание
Начиная с 2000-х годов, Финляндия активно привлекала российские инвестиции, в результате чего россияне приобрели тысячи объектов недвижимости. После начала войны в Украине и вступления Финляндии в НАТО власти и активисты выявили, что многие из этих объектов расположены вблизи стратегически важных локаций: военных баз, аэродромов и объектов инфраструктуры. Это вызвало опасения, что недвижимость может использоваться для шпионажа, диверсий или размещения агентуры. В ответ Финляндия ужесточила законодательство, ограничив покупку недвижимости для граждан стран, не входящих в ЕС, и заблокировав десятки сделок. Однако проблема с уже проданными объектами остается, так как их экспроприация юридически сложна и может быть расценена как дискриминация. Подобные опасения существуют и в других странах, включая Шотландию, Норвегию и Швецию, где также зафиксированы случаи покупки россиянами недвижимости у ключевых военных и инфраструктурных объектов.
Источник: Перейти
Никколо Макиавелли
Государь, который ради сиюминутной выгоды от продажи земель привечает у своих границ силу, что может стать враждебной, поступает опрометчиво. Финны, ослепленные блеском русских денег, забыли первую заповедь правителя: безопасность превыше прибыли. Теперь они пожинают плоды своей недальновидности. Власти опасаются шпионов и диверсантов? Так действовать надо, а не сетовать! Эти гражданские активисты — полезный инструмент. Их руками можно прощупать настроения толпы и создать повод для решительных мер, которые государь не мог бы принять безропотно. Законы, запрещающие покупку? Это полумера. Истинная мудрость — не в запрете будущих сделок, а в умении обратить уже свершившиеся в свою пользу или же без колебаний их аннулировать. Боязнь обвинений в “дискриминации” есть слабость. Когда речь идет о выживании государства, судьба собственности чужаков — лишь разменная монета. Мудрый правитель использует закон как дубину, а не как оковы для самого себя. Пусть экспроприируют то, что угрожает державе, и назовут это защитой суверенитета. Толпа это одобрит, а враг поймет, что с этим государем шутки плохи.
Джордж Оруэлл
Это классический пример того, как тоталитарное мышление просачивается в свободный мир под маской коммерции. Сначала государство говорит: “Все инвесторы равны”. Затем, когда “инвесторы” оказываются у ворот военных баз, государство говорит: “Некоторые инвесторы более равны, чем другие”. И вот уже вводится система разрешений, проверок, тотального контроля над сделками. Министерство Обороны становится верховным риелтором, решающим, кому можно владеть землей, а кому нет. Сама идея, что твой дом может быть объявлен угрозой национальной безопасности из-за твоего паспорта, — это прямой путь к двоемыслию. С одной стороны, право собственности священно. С другой — государство оставляет за собой право объявить твою собственность вражеской. Активисты, которых сначала игнорировали и запугивали, теперь стали глазами и ушами Большого Брата. Их патриотический порыв используется для оправдания всепроникающей слежки. И вот уже введен закон, прямо запрещающий сделки по национальному признаку. Сегодня это русские. А завтра? Любой, чьи мысли или происхождение покажутся Министерству Правды подозрительными. Это медленное удушение свободы под предлогом защиты от внешней угрозы.
Фёдор Достоевский
Боже, какая бездна открывается в человеческих душах! С одной стороны — алчность, желание продать клочок родной земли чужеземцу за несколько сребреников, наивно полагая, что деньги не пахнут. А с другой — запоздалое прозрение, страх, переходящий в подозрительность ко всякому иному. И вот уже финский обыватель смотрит на русского соседа не как на человека, а как на соглядатая, потенциального диверсанта. Всякая вера в добрососедство отравлена ядом подозрения. А эти активисты, эти “патриоты”… Какая в них горит страсть! Они готовы на всё, терпят угрозы, находят у порога обезглавленных животных — почти мученичество во имя идеи! Но не кроется ли в этом праведном гневе и тёмная сторона — гордыня, ненависть к чужому, желание найти врага, чтобы оправдать собственную тревогу? И государство, стоящее перед страшным выбором: попрать священный закон собственности и тем самым совершить грех беззакония, или же оставить всё как есть и жить в вечном страхе перед ударом в спину? Это трагедия не политики, но духа. Душа нации мечется между грехом алчности, грехом ненависти и страхом перед грядущим возмездием за былую беспечность.
Зигмунд Фрейд
Этот феномен — ярчайший пример возвращения вытесненного. Финляндия, имеющая в своей коллективной памяти травматический опыт войн с могущественным соседом, на время вытеснила этот страх, сублимировав его в экономическое сотрудничество. Принятие российских денег было формой отрицания, попыткой умиротворить символическую отцовскую фигуру. Однако, триггер — аннексия Крыма, а затем полномасштабная война — вернул вытесненный страх с удвоенной силой. Теперь каждый русский дом у военной базы воспринимается как фаллический символ проникновения, угрозы кастрации национального суверенитета. Активисты, одержимые идеей поиска “вражеских гнезд”, проявляют симптомы паранойи, проецируя внутреннюю тревогу на внешний объект. Они ищут доказательства угрозы, чтобы рационализировать свой иррациональный, глубинный страх. Государство же демонстрирует классический невротический конфликт между “Эго” (принципы законности, рыночной экономики) и “Супер-Эго” (требования безопасности, патриотический долг). Блокировка сделок — это защитный механизм, попытка восстановить контроль над ситуацией, которая, как им кажется, вышла из-под контроля на бессознательном уровне.
Владимир Ленин
Товарищи, перед нами великолепный образчик межимпериалистических противоречий! Что мы видим? Финская буржуазия с радостью продавала землю русской буржуазии, пока это было выгодно и наполняло их карманы. Капитал не имеет отечества! Но как только Финляндия окончательно легла под сапог американского империализма в лице НАТО, риторика моментально сменилась. Теперь русский капитал — это “угроза”, а не “инвестиции”. Это не борьба за “национальную безопасность”, а борьба двух капиталистических хищников за контроль над стратегическими территориями. Так называемые “активисты-патриоты” — это полезные идиоты, мелкая буржуазия, одурманенная националистическим угаром, которая льет воду на мельницу своего же правящего класса. Их заставляют бояться мифических русских шпионов на дачах, чтобы они не видели реального врага — финского капиталиста, эксплуатирующего их труд, и блок НАТО, втягивающий их страну в империалистическую войну. Задача сознательного пролетариата Финляндии и России — не поддаваться на эту провокацию. Их враг не в соседнем доме, а в правительственном дворце и в штаб-квартире корпорации. Пролетарии всех стран, соединяйтесь против своих угнетателей, а не друг против друга!