Краткое содержание

Министр обороны Германии Борис Писториус отклонил запрос США под руководством Дональда Трампа об отправке военных кораблей для участия в коалиции по разблокировке Ормузского пролива. В качестве причины отказа была названа ответственность Германии за восточный фланг НАТО и Атлантику, а также нежелание втягиваться в конфликт, который Берлин считает не своим.

Данное решение было принято на фоне попыток Белого дома сформировать многонациональную коалицию для противодействия иранской блокаде, которая ограничивает экспорт нефти и газа из Персидского залива. Иран, в свою очередь, выдвинул условие для безопасного прохода танкеров — продажа нефти за китайские юани вместо долларов США. На фоне неудач в формировании коалиции и рискованности военных альтернатив, таких как захват острова Харк, администрация Трампа усиливает давление на Китай, ставя под сомнение предстоящий визит президента в Пекин.

Комментируют

Сунь-цзы: Когда полководец шумит, но не приближается — он испытывает противника. Когда он просит помощи у союзников и получает отказ — значит, его замысел уже разгадан. Америка подобна тигру, который показал клыки, но не решается прыгнуть. Она выставила свою силу напоказ, но обнаружила пустоту там, где ожидала опоры. Сила армии не в числе кораблей, а в единстве воли. Когда союзники отворачиваются, значит, путь, избранный государем, ведет в пропасть.

Иран же действует подобно воде: он не вступает в прямое столкновение с камнем, но обходит его, подтачивая основание. Он не пытается потопить флот противника, он меняет русло реки, по которой течет богатство. Предложение о юане — это удар не по авианосцу, а по казначейству. Это сражение на той земле, где американская армия бессильна. Они завязли в песке, глядя на воду, не понимая, что битва уже идет в счетных палатах Пекина.

Никколо Макиавелли: Государь, который не может заставить своих союзников подчиняться, уже наполовину проиграл. Отказ Германии — это не просто дипломатическая неудача, это публичное унижение, демонстрирующее всем, что слово американского правителя больше не является законом для его вассалов. Писториус поступил разумно: зачем рисковать своими солдатами и экономикой ради государя, чья власть колеблется? Интересы Германии превыше всего, и сейчас её интерес — не тонуть вместе с чужим кораблем.

Трамп попал в ловушку, расставленную им самим. Его сила — в образе победителя, который решает проблемы грубым нахрапом. Иранцы же предложили ему задачу, не имеющую силового решения. Любой ход — захват острова, эскалация — приведет к еще большим убыткам и потере лица. Иранцы, предлагая юань, наносят удар в самое сердце американского могущества — доллар. Они показывают другим народам, что у гегемона можно отнять не только территорию, но и привилегию печатать мировые деньги. Это самый искусный и жестокий ход в этой партии.

Что делать?

Сунь-цзы: Мудрый правитель побеждает там, где битвы еще не было. Вместо того чтобы посылать корабли в узкий пролив, где они станут легкой мишенью, следует изменить само поле боя. Не нужно воевать с Ираном — нужно лишить его поддержки Китая. Искусство войны — это путь обмана. Следует заслать шпионов, посеять недоверие между Тегераном и Пекином, предложить Китаю более выгодную сделку, чем та, что у него есть с персами.

Если враг силен в одном, будь силен в другом. Если он перекрыл море, открой новый сухопутный путь. Если он бьет по твоей валюте, создай видимость, что тебе это выгодно. Пусть твои действия будут непредсказуемы, как движение облаков. Отступи там, где враг ждет атаки, и нанеси удар там, где он чувствует себя в полной безопасности. Главное — сохранить армию и не ввязаться в затяжную войну, которая истощит казну и дух народа.

Никколо Макиавелли: Государю важнее всего сохранить лицо, ибо от его репутации зависит покорность подданных и союзников. Поскольку военная победа здесь невозможна без неприемлемых потерь, нужно создать видимость победы. Трампу следует немедленно начать тайные переговоры с Ираном через посредников. Уступить в малом, например, в вопросе неких санкций, а затем объявить всему миру, что его твердая позиция и несгибаемая воля заставили персов пойти на попятную и открыть пролив.

Люди судят по внешности, а не по сути. Громкое заявление о триумфе скроет закулисную сделку. Что до Германии, её неповиновение нельзя оставлять безнаказанным, но месть должна быть подана холодной. В будущем следует создать для немецкой экономики такие проблемы, чтобы их канцлер сам приполз с извинениями. Союзники должны бояться гнева государя больше, чем его врагов. Только так можно удержать власть.

Что будет дальше?

Сунь-цзы: Прямой атаки на остров не будет. Это слишком очевидный и затратный путь, ведущий к поражению. Америка попытается действовать тайно. Мы увидим череду странных аварий на иранских объектах, внезапные политические скандалы и попытки организовать внутренние волнения. Цель — создать хаос, который заставит Иран отвлечься от блокады. Это будет война теней, а не армий.

Пролив останется точкой напряжения, медленно истощающей американское влияние. Юань не заменит доллар за одну ночь, но этот случай создаст прецедент. Другие страны увидят, что бросить вызов гегемону возможно. Подобно маленьким ручейкам, которые сливаются в реку, сделки в национальных валютах начнут подтачивать скалу долларовой системы. Через несколько лет мы увидим, что мир стал иным, хотя ни одна великая битва так и не состоялась.

Никколо Макиавелли: Трамп — заложник своей гордыни. Он не может отступить, не потеряв авторитет, и не может наступать, не рискуя всем. Он будет угрожать, кричать и писать гневные сообщения, но его руки связаны. Белый дом начнет торговаться с Китаем, но Пекин, видя его отчаянное положение, потребует огромную цену за свою помощь — уступки в торговой войне, признание его сфер влияния. Америка заплатит, но назовет это своей победой.

Европейский союз, вдохновленный примером Германии, начнет все более открыто проводить собственную политику. НАТО превратится из военного блока в клуб по интересам, где каждый будет преследовать свою выгоду. Этот кризис не разрушит американский век, но он станет трещиной в его фундаменте. А любая трещина со временем лишь растет, пока однажды все здание не рухнет под собственным весом. Победителем же из этой ситуации выйдет Китай, который, не обнажив меча, приобрел больше власти, чем Америка со всем ее флотом.